Логотип - В грибе

ГРИГОРИЙ
ЮЩЕНКО

Иконка - меню

Интервью сайту Adeator.com


15 Мая 2009 г. Оригинал: http://www.adeator.com/%D0%BF%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B8/%D0%B8%D0%BD%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B2%D1%8C%D1%8E-%D1%81-%D0%B3%D1%80%D0%B8%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%B8%D0%B5%D0%BC-%D1%8E%D1%89%D0%B5%D0%BD%D0%BA%D0%BE-%D0%B0%D1%80%D1%82-%D0%B3%D1%80%D1%83%D0%BF%D0%BF/

Действенная социальная реклама, по моему убеждению, должна вызывать у человека исключительно сильные эмоции. Уставшего от традиционной йогуртово-гламурной рекламы потребителя сегодня можно вовлечь в диалог путем передачи целенаправленного эпатажного сообщения. Остановить взгляд, заставить задуматься, обсудить увиденное и что-либо предпринять, под силу очень сильным раздражителям, которые выходят за рамки общественных норм.
Немногие сегодня способны использовать в рекламе радикальные, зачастую весьма спорные по содержанию форматы эпатажа. Причина кроется не столько в неришительности исполнителей, а зачастую в бюджетах, которые выделяются на социальную рекламу различными организациями. В таких структурах палец на кнопке «дать/не дать» держат люди, которые не привыкли рисковать. Они держатся за свое кресло и предпочитают использовать стандартные, проверенные временем лозунги формата «ай-яй-яй» в то время, когда в обществе все больше проявляется множество негативных тенденций.
Появление партизанского формата социальной рекламы обусловлено как общественным бездействием, так и развитием новых культурных течений. Наиболее заметным в этом направлении для меня оказался проект «Реклама наркотиков», группировки «ПРОТЕЗ» (г. Санкт-Петербург). Серия скандалов, связанная с их радикальным творчеством и их успехи стали причиной того, что я обратился с вопросами о нестандартном формате выражения идей к Руководителю арт-проекта, Григорию Ющенко.

ПРОФЕССИЯ

Опиши в двух словах то, чем ты занимаешься?

Занимаюсь отображением абсурдности и идиотизма окружающего мира в достаточно узком формате изобразительного искусства, в жанре, формально относящемся к трэшу.

Ты состоишь в арт-группировке ПРОТЕЗ. Откуда такое имя? Какой смысл закладывали?

Смысла никакого не было. Это просто короткое, запоминающееся в силу своей дурацкости слово.

Как давно ты творишь? С чего все начиналось?

Я на искусствоведа учился в Универе, ходил на все выставки, подсознательно вероятно всегда хотел сам что-то делать. Началось все с 2005 г., когда я попал в художественное объединение «Галерея «Паразит», там собрались на тот момент крайне неординарные художники разных возрастов, степени опытности, стилистики, но все с некоторым оттенком хорошего безумия, отличавшего их от остальных, по крайней мере мне тогда так казалось. Первую серьезную работу сделал, чтобы туда отнести и каким-то образом примазаться с ними выставляться. Удалось. Потом в составе «Паразита» было полтора года выставок в коридоре питерской галереи «Борей» ну и ряд еще выездных акций на других площадках. В итоге у нас с Межерицким и Вилкиным, которые тоже участвовали в «Паразите», сложилась такая трэш-ячейка и в 2006 г. мы из «Паразита» ушли и создали группировку «ПРОТЕЗ»

Что тебе нравится в твоей профессии? Ты вообще считаешь то, чем ты занимаешься профессией?

Я не очень понимаю, что значит «профессия». «Профессия» — это скорее то, чем занимаешься только затем, чтоб деньги зарабатывать. Тут больше подходит слово «дело», хотя больно уж это пафосно звучит.

Кто твоя целевая аудитория? Опиши человека, для которого ты воплощаешь идеи в жизнь, ценителя вашего творчества?

Это человек с чувством юмора, у которого нет ханжеских установок, который достаточно критично во всех смыслах относится к реальности. Придурок полный, в общем.

Твои работы покупают? Искусство приносит прибыль?

Сейчас более менее приносит. Буду надеяться, что и дальше будет лучше и лучше.

Как происходит процесс ценообразования? Кто занимается оценкой твоих работ?

Сам занимаюсь. Цены постоянно растут, так как «послужной список» успешно проведенных акций увеличивается.

Какая из реализованных работ самая дорогая?

Вот из проекта «Девять имен России» неожиданно хорошо пошли.

ТВОРЧЕСТВО

«Основной целью деятельности арт-группировки «ПРОТЕЗ» является создание Нового Позитивного Образа России». Что за образ такой? Когда вы его планируете создать?

Это невеселая ирония такая, ответ социальному ханжеству и идиотскому патриотическому гону из СМИ. Это – адекватный образ нашей страны, какой мы ее видим. И мы его создали и создаем в своих работах. Та злобная помойка, что в голове у большинства ее обитателей. Злые, раненые, сходящие с ума, помещенные в нелепые обстоятельства люди. Такая история всеобщего безумия. В принципе, это про человечество вообще, но так как мы живем в этой стране, то разговариваем при помощи местных терминов.

В большинстве работ ПРОТЕЗА – эпатаж, секс, брутальность, определенный вызов обществу. Считается, что такой формат хорошо привлекает внимание, но не является долгоиграющим в плане построения имиджа. Как работает эпатаж на практике?

Тут есть момент, который далеко не все понимают почему-то. У нас искусство «эпатажное» не потому что, мы хотим чье-то внимание привлечь. А потому, что именно такого брутального, жесткого искусства нам самим и не хватает. Остальное – побочные явления. Ясно, что у адекватного человека оно вызовет адекватную реакцию, а у неадекватного – нет.

Ваша группировка планирует всегда придерживаться выбранного формата творчества или грядут изменения?

Наше творчество, я надеюсь, всегда будет некоей «предъявой» этому миру, как бы оно не выглядело внешне. Что-либо еще трудно предвидеть.

Расскажи о самом удачном/запоминающемся проекте.

Для меня до сих пор, пожалуй, самой мощной является акция «Свинцовое молчание», но про нее в двух словах не расскажешь, лучше об этом у нас на сайте почитать. Нравятся все последние проекты, в особенности еще не осуществленные и непоказанные, такие как «Приговор для Продротова», например. Это такой экзистенциально-философский комикс, там будут большие работы на холстах и рядом с ними большие пласты текста. Главный герой последовательно разочаровывается во всех возможных человеческих ценностях (семейных, карьерных, гражданских, и т. д. – все что нам предлагается), и каждое разочарование сопровождается нелепым и жестоким убийством. И будет очень неожиданный и светлый финал. Это очень извращенно-смешной и при этом очень глубокий, грустный, в каком-то смысле религиозный что ли даже проект. Сейчас вот все ищу пространство, где его можно будет адекватно показать.

Откуда черпаешь вдохновение?

Химия и жизнь. Все так называемое вдохновение, откровения, как я уверен, вызваны результатом химических реакций в организме, психохимических, наверное правильней сказать. Не очень важно, чем это вызвано – приемом каких либо веществ или какой-то отчаянной, пограничной ситуацией, в которую тебя жизнь забросила, или еще каким-то невозможно сильным впечатлением. Очень и очень редко чье-то творчество может произвести такой эффект, но пару раз со мной такое бывало, кстати. Тебя так или иначе должно страшно вставить. И ты обязан это передать другим.

Чем ты никогда не станешь заниматься?

Выставку без большого алкофуршета на открытии делать. Кому-то покажется дурацким ответом, но он очень объясняет, чего я не допущу. Ущемления права на безграничность, права действовать на полную катушку, права на тотальный трэш. Ясно, что это фуршетом не исчерпывается – просто пример. Я не буду делать того, что мне несвойственно и отказываться от того, что свойственно.

Что думаешь о Британском художнике-граффитисте Бэнкси? Он ведь тоже начал с урбан-арта начал, а сейчас музеи, аукционы…

Я, если честно, не очень следил за его творческим путем, видел ряд работ и все тут. А в общем — нет ничего плохого в том, чтобы становится известным, выставляться в музеях, продавать дорого то, что ты делаешь. Наоборот – очень страшно всю жизнь оставаться каким-то помоечным маргиналом. Это только кажется, что в этом какое-то благородство есть. На самом деле это ничего не даст, кроме невыносимой усталости. Просто сломаешься. Надо расти. Надо обретать рычаги давления на систему и использовать это, чтобы делать все более мощные и мощные, глобальные вещи, чтоб их могло увидеть больше людей.

Работы каких личностей из мира искусства тебя впечатляют?

Я стараюсь поменьше следить за современным искусством. Потому как это засирает мозги сильно. Сейчас главная болезнь молодых и не очень молодых художников – перегруженность информацией, это такие медийные болванчики. Они сидят в Интернете круглыми сутками и у них мозги черт знает чем забиты, они не отличают плохого от хорошего и делают хуйню, похожую на другую хуйню. Причем очень модно еще против такого медийного оболванивания протестовать, но при этом сами эти протестующие все равно делают такую же хуйню. Поэтому я инстинктивно от лишней информации стараюсь отгораживаться, тем более знаю, что что-то реально близкое мне и мощное я все равно так или иначе замечу. Увы, нет никого, чьи бы работы меня сильно впечатлили за последние полгода. Единственное, что я с удовольствием смотрю – то, что делают художники-аутсайдеры. В том числе и просто всякие безумия и нелепости на улицах города.

ПРОДВИЖЕНИЕ

Твоя скандальная стратегия селф-промо уже сработала. В конце 2008 года ты вышел в финал престижнейшей премии Кандинского с проектом «Укусы насекомых». Ты ожидал этого? Какими достижениями еще можешь поделиться?

Того, что в финал пройду, если честно, не ожидал. Очень рад. Это значит, что с нами уже стали как-то считаться. Достижения последние – проведенные в этой половине 2009 г. выставки и акции – «Девять имен России» в Москве, Перми и Питере, «Ночью мне поет Кобзон» — крайне угарная выставка-акция в питерском магазине сантехники, «Клоуны-пидарасам» или «Собака Бакштейна» — псевдолекция о современном искусстве. В Пермь очень удачно съездили, судя по отзывам вроде как мы на «Живой Перми» самым ярким событием оказались.

Одним из форматов творчества арт-группировки ПРОТЕЗ является разработанный вами фирменный жанр в искусстве — hard-jumping, или художественная переработка готовых рекламных афиш и плакатов. Почему именно афиши и плакаты? По какому принципу вы их отбираете для «обработки»?

Рекламные афиши и плакаты – это и есть трэш в прямом смысле слова, это мусор, который засоряет тебе мозги и вид из глаз. Ты вышел из дома и на тебя тут же идет назойливая психовизуальная атака при помощи рекламы. Реклама и пропаганда – будь то коммерческая, социальная, политическая, вообще любая – это то, с чем ты постоянно сталкиваешься, что тебя окружает, что формирует сознание у обывателя, это истинное лицо нашего общества, как это не глупо и не печально. Поэтому мы всячески используем этот медийный спам. Для нас, как для живущих в это конкретное время и в этом конкретном месте, плакаты являются более органичным материалом чем холст или бумага. Отбираем их мы по степени максимального визуально-текстового идиотизма, у нас уже внутри собственная шкала выработалась, можно сказать.

Лично я выделил тебя по работе «Реклама наркотиков». Считаешь ли ты этот проект социальной рекламой, пропагандой против потребления наркотиков или же это нечто другое?

Я уже много где говорил – это проект, посвященный границам морали в рекламе, точнее их отсутствию. То есть реклама — ведь это несомненное зло – тебе совершенно бесстыдно пудрят мозги, предлагают купить говно, пропагандируют уродский образ жизни, иногда вообще рекламируются вещи, на мой взгляд преступные, вроде ипотеки, которая тебя в раба превращает. Тем не менее, реклама является, так сказать, «социально допустимой». Поразительно то, что если ты будешь рекламный щит курочить, то к тебе какое-нибудь быдло подойдет и будет на тебя наезжать. У меня это вообще в голове не укладывается. А наркотики считаются социально недопустимыми. Вот я и соединил эти два понятия, чтобы создать такой гротеск. Всякие разговоры о наркотиках, мое мнение относительно их – это уже за гранью этого проекта. Это проект про рекламу. Как «хуй войне» — это же не про хуй, а про войну, но скандал вызывает именно слово «хуй». Так же сработало и в случае «Рекламы наркотиков», кстати.

У тебя еще есть проекты, связанные с рекламой?

Большинство проектов так или иначе преломляет рекламу – коммерческую, социальную, еще какую. И «Укусы насекомых», и «Реклама наркотиков», и «Девять имен России». Сейчас я сделал новый проект «Гнойная психоделия», опять же не очень понятно, где его показать, он уж совсем страшный получился. Вот он больше на настоящую рекламу наркотиков похож. Там полностью вообще деконструируется наша современная российская социальная молодежная реклама, которую если серьезно воспринимать, то просто вешаться сразу надо. И антинаркотическая пропаганда там в том числе деконструируется. Почитайте любую антинаркотическую брошюру, книжку там – из нее в принципе можно уяснить, она может тебя убедить – да, наркотики это хуево. Но ничего взамен-то ведь не предлагается! Предлагается совершенно отвратительная какая-то реальность, окончательно себя дискредитировавшие, лживые ценности. Вот проект «Гнойная психоделия» об этом. О том, что под любыми ханжескими лозунгами скрывается. Там слоганы типа: «Амфетосы – нельзя ни в коем случае! Лучше всей семьей на дяденьку из телевизора подрочим!». И так далее. Вот «Приговор для Продротова» — там не будет ничего про рекламу. Это чисто экзистенциальный трэш.

Каждый проект или акция у вас носит свое имя: «Мы пришли пожрать», «Подарки для лохов и импотентов», «Свинцовое молчание» и др. Почему решили давать имена всему, чем занимаетесь?

Это пожалуй, единственная стратегия продвижения, которой мы действительно пользуемся – хорошие, яркие, запоминающиеся названия. Самому любо-дорого поглядеть.

Реализация акций по продвижению твоих проектов похожа на продуманные кампании партизанского маркетинга. Как ты их планируешь, кто занимается воплощением в жизнь и во сколько вам это обычно обходится?

Самое удивительное, что ничего особо не планируется. Никакой успех нельзя предугадать, мы просто делаем качественные проекты и стараемся оповестить о них максимально большее количество людей. Денег на это не тратилось ни разу, вот честное слово. Работает собственная Интернет-рассылка и все, я вот как раз этим и занимаюсь в группировке. Деньги тратятся на две статьи расходов – на фуршет на выставках, и на билеты на поезд в том случае если нам не оплачивают дорогу.

Как ты оцениваешь эффективность таких мероприятий?

Еще раз – ничего нельзя предугадать. Иногда делаешь очень хорошую акцию или выставку, приходит масса народу, зрители очень довольны, а медийного эффекта ноль. Всплеск общественного внимания нельзя спрогнозировать, надо просто заниматься своим делом.

Ты активный участник социальных сетей и блогосферы. У тебя есть блог в ЖЖ, пользуешься фотохостингом PICASA, арт-группировка ведет группу vkontakte… Что дает тебе сегодня такая социальная активность?

Она дает возможность показать работы большому количеству людей, позвать большое количество людей на выставку, правильно подать то, что ты делаешь – и это хорошо. Не надо только увлекаться. Есть некоторые персонажи из арт-среды, которые делают по работе в год, а остальное время пиздят и понтуются в Интернете, при этом еще и провоцируя других. Вот к этим товарищам ничего кроме легкого презрения не испытываю.

ПЛАНЫ

Какие планы по развитию арт-группировки? Новые направления деятельности, новые проекты?

Новые проекты, новые фильмы, новые акции. Про свои новые проекты вроде уже рассказал. Что до группировки, то готовим новую выставку «Порнохолокост». Это будут очень большие, жесткие и глобальные работы по материалам криминальной хроники. Памяти жертв порнохолокоста, то есть извращенного насилия на сексуальной почве.

Чем ты хочешь заниматься через 20 лет?

Примерно тем же самым, но в куда более серьезном масштабе.
ЛИЧНОСТЬ

Твое редкое умение?

Выгибать колени назад.

Кем ты не стал?

Я не стал тем, кем стали те, кто учился со мной в одних учебных заведениях, считаю что мне очень повезло.

Без чего бы ты не смог прожить?

Без места, куда можно придти и лечь поспать.

О чем бы ты снял фильм?

Я бы экранизировал одну книг Егора Радова, возможно, как раз этим я займусь через 20 лет.

Первейшая обязанность человека?

Не быть ментом. Во всех смыслах. Не допускать ни с кем взаимоотношений, основанных на насилии и принуждении. Никогда. Это куда шире и труднее, чем можно вообще себе представить.

О радикальном творчестве беседовали Юрий Гладкий и Григорий Ющенко.